Тел./Факс: (495) 420-04-00
Skype: baza_uspech
Офис в Москве: ул. Профсоюзная, 109

ГлавнаяМемориалИсторияРыболов-экспертОхотничьи рассказыФотоВидеоКонтакт

Фестиваль «Гранд-Силур-2017»: опыт проведения летних соревнований, ожидания и перспективы.

Вернуться к списку статей

Сом по-праву считается крупнейшим хищником наших пресных вод, а Нижняя Волга – самым крупной водной системой, где обитает главнейшая в настоящее время популяция сома на территории нашей страны. В наших местах соревнования по спортивной ловле сома проводились издавна и они характеризовались охватом обширного сообщества рыболовов-любителей ловли хищников на Нижней Волге.

К сожалению, по целому ряду причин долгое время соревнования не проводились и мы их возродили только 2013 году. Тогда удалось собрать более десятка команд, и, в результате, соревнования прошли, как говориться «на высокой ноте» и победитель определился лишь в самый последний момент. А до победного измерения пойманных рыб все были в напряжении, которое по накалу страстей не уступало судачьему Мемориалу.

С тех пор прошло несколько лет, в течение которых сомовьи соревнования продолжались, с одним лишь исключением – в силу самых разных причин состязания не проводились в 2015 году. Тем не менее, вполне интересным выдался 2016 год, когда мы пошли на существенные изменения в регламенте соревнований. Самый главный принцип турнира остался неизменным – а именно, всех пойманных сомов отпускали обратно, то есть строго следовали заповеди «поймал-отпусти». Но зато принципиально изменили подход к определению победителя. В былые годы, до 2016, победитель определялся по суммарному весу пойманных рыб, то есть точно так же, как и на Мемориале. Однако в случае с сомом это имело существенную оборотную сторону. Всё-таки сом – гигант наших рек, самая крупная рыба, и, конечно, наибольший почёт тем рыболовам, которые ловят настоящих гигантов. А в былых соревнованиях получалась довольно странная и курьёзная ситуация – выигрывала команда, которая поймала и представила к зачёту нескольких, скажем так, «рядовых» сомов. Но команды, которые ловили весьма крупных сомов, оказывались при этом в проигрыше. В связи с этим было принято принципиальное решение, что побеждает та команда, которая поймает по результатам двух этапов соревнования самого крупного сома. И, кроме того, ушли от турнирной таблицы, когда выявлялись не только чемпионы, но и 2-е и 3-и места. В 2016 году определялся только одна команда-победитель, которая получала весь призовой фонд. Таким образом, всецело восторжествовал принцип трофейности в сомовьем турнире. Суда по реакции участников, такой подход представляется наиболее логичным применительно к ловле именно сома.

Фото 1. Победители первого возрождённого турнира по ловле сома – Дмитрий Максимов и Вячеслав Иванов, команда «Блэк Маркет – 2», июль 2013 года.

Фото 2. В 2014 году победителями стала команда «Люминор» - Сергей Болотских и Андрей Исматов, июль 2014 года.

Фото 3. В Июле 2016 года победителем стала новая команда, но по опыту и умению не уступавшая «старикам» - команда «Мичуринцы» - Сергей Матвеев и Владимир Марышев.

Другим новшеством 2016 года был переход на видеорегистрацию всего процесса ловли, что позволило избежать привлечения линейных судей. Присутствие третьего человека в команде далеко не всегда приветствуется участниками соревнований, поэтому переход на инструментальные методы слежения за ходом ловли представляются более удобными со всех точек зрения. Собственно говоря, на сомовьих соревнованиях 2016 года мы впервые в нашей практике опробовали видеокамеры, установив их как в катерах, так и на кепках рыболовов. Как оказалось, этот метод работает более чем эффективно, более того, на основании таких съёмок удалось подготовить видеоролики, весьма интересно передающие ход ловли, вываживания рыбы и, конечно, эмоций рыболова. Таким образом, 2016 год оказался в полной мере переломным в организации сомовьего турнира, поэтому в 2017 году основные положения правил сохранили неизменными.

Однако правила – правилами, но для того, чтобы мероприятие было интересным, запоминающимся и имело перспективы расширенного развития, необходима и совершенно другая сторона. А именно – рыба. Не секрет, что, к сожалению, численность сома на Нижней Волге снизилась в течение последнего 10-ти летнего периода. Возросла квалификация рыболовов, улучшились возможности гидроакустического оборудования, существенно улучшились снасти. И если ещё в начале XXI века активная ловля сома на различные искусственные приманки была какой-то экзотикой, то сейчас рыболовы оснащены передовыми разработками в области спортивной ловли. Совершенно естественно, что такое резкое увеличение изъятия сома не могло не сказаться на его численности. Дело в том, что до эпохи применения глубинной спортивной ловли у сома были своего рода «зоны безопасности», особенно на Волге. Прежде всего, это глубокие русловые ямы с резкими свалами глубин и системой разноглубинных бровок. В таких местах, на глубине более 10 метров, применение промысловых орудий лова малоэффективно, чаще бригады промысловиков облавливают плёсы. Поэтому в большей степени подверглась промысловому изъятию группировка сома из Ахтубы, где глубины и скорости течения меньше, равно как существенно меньше глубоких русловых ям.

Однако в последние годы наметилась весьма угрожающая для популяции волжского сома тенденция, которая может очень существенным образом подорвать соминое поголовье. Речь идёт о весеннем лове сома после ледохода, пока он ещё стоит на ямах. Ловлей это можно назвать только условно, лишь потому, что применяются спортивные снасти. А на самом деле речь идёт о варварском багрении полусонной рыбы. И способов изобретено несколько – тут и троллинг вниз по течению, и ловля в заброс специальной снасточкой (язык не поворачивается назвать этот способ джигом). Стоит выйти на Волгу в конце марта и наблюдается хоровод катеров над волжскими ямами. Кроме этого, ранне-весеннего вылова сомов добавляется ещё один «метод» - зимний лов на ямах, принцип которого совершенно такой-же – багрить рыбу через майну. По нашим наблюдениям, в ближайших окрестностях процветает, в первую очередь, ранне-весенняя ловля, тогда как багрение зимой через майну встречается единично, хотя и это явление имеет место быть. Резкое увеличение изъятие сомов у нас наблюдается примерно с 2014-2015 гг, что не может не огорчать настоящих любителей сомовьей ловли.

Фото 3. Сом, пойманный в 2011 году в начале апреля. Наверное, решение отказаться от его ловли в это время годы было правильным.

Именно из-за неприятия принципа весеннего багрения сомов мы приняли вынужденное решение вообще отказаться от ловли сомов весной начиная с 2014 года. Поэтому всем нашим экспертам запрещено принимать участие в соминой ловле в марте-апреле. Конечно, наша позиция вряд ли могла серьёзно повлиять на общее умонастроение «весенних рыболовов», тем не менее, с чего-то надо начинать. Кроме того, нельзя отрицать, что даже такое скромное усилие, скорее всего, сохранило жизнь не одному десятку сомов.

Отчего мы считаем, что так важно оставить сомов в покое в весенний период? Причины тому лежат на поверхности – сохранить нерестовое стадо сома до времени нереста. Когда весной вылавливаются сомы на ямах, то надо помнить, какого рода ущерб наноситься численности популяции. Плодовитость сома очень велика – самка весом 18-20 кг имеет плодовитость 450-520 тысяч икринок. Самка сома весом около 50 кг имеет плодовитость более миллиона икринок. При этом надо помнить, что сомы – весьма заботливые родители, после откладки икры и самка, и самец, остаются на гнезде и охраняют кладку, и даже когда вылупиться молодь, примерно до конца июня, родители охраняют и молодь-сеголетков. И только в начале июля молодь начинает жить самостоятельно, а сомы-родители начинают откармливаться после нерестового сезона. Сеголетки уже в начале июле достигают приличных размеров – около 15-20 сантиметров в длину и около 80-100 грамм весом. При таких размерах маленькие сомята, в основном, уходят из-под пресса массовых хищников (щука, судак) и, тем самым, достигается высокая выживаемость молоди.

Собственно говоря, именно поэтому мы и решили проводить соревнования по ловле сома в начале июля. Идея состоит в том, чтобы пропагандировать отказ от весенней ловли сомов в пользу летнего периода, когда крупный, половозрелый сом оставит потомство – а потомство это исчисляется миллионами (!!!) мальков, весьма многие из которых имеют высокие шансы достичь половой зрелости. Кроме того, в начале июля наблюдается период высокой пищевой активности сома, вызванный необходимостью компенсировать затраты на нерест. Таким образом, соревнования по сому, в отличие от многих других, должны играть важное значение в определении стратегии развития спортивной рыбалки в нижневолжском регионе. Возможно, что с увеличением числа участников понимание бережного отношения к такому ценнейшему ресурсу, как стадо сома, станет всё более и более широко распространённым. А это, в свою очередь, послужит основой для добровольного отказа от весенней ловли даже без какого-либо официоза со стороны государственных органов регулирования. В конце концов, печальная судьба осетровых рыб в бассейне Каспийского моря должна послужить тем уроком, который должны выучить все рыболовы. Кстати, сом может повторить судьбу осетровых рыб, так как по многим потребительским свойствам схож с ними, всё-таки крупная рыба с деликатесным мясом. Однако если вылов и дальше пойдёт такими темпами, то очень скоро и сом станет легендой из прошлого. Его судьба – в наших руках. По этой причине участники нашего сомовьего соревнования уже не просто спортсмены, борющиеся за победу в турнире, их участие имеет непреходящее значение, и кто знает, а может быть начав с такого скромного мероприятия сейчас, уже в недалёком будущем мы можем получить мощное движение в области рационального природопользования и сбережения богатств наших рек. 

По идее, на этой высокой ноте можно было и бы и завершить наш короткий анонс о проведении соревнований по спортивной ловле сома, но хотелось бы рассказать и о нижневолжском соме. Рассказ по его биологии мы публиковали раньше, но это было уже довольно давно, в 2013 году и все желающие могут его найти на страницах форума «Русфишинг». Однако с тех пор прошло немало времени, и вряд ли все заинтересованные рыболовы видели те материалы. В связи с этим мы всё-таки решили воспроизвести несколько расширенную версию того, что было опубликовано ранее, с учётом появившейся новой информации, так как сбор данных по сому мы не прекращали все эти годы. Поэтому мы приносим прощения тем, кто уже знаком с нашими старыми данными за неизбежные повторы, но полагаем, что и в данном виде рассказ о биологии сома может представлять интерес для широкой публики.

Немного о биологии сома

Так как сом по-праву считается одной из главных рыб нижневолжского бассейна, иногда даже есть мнение, что сейчас, в условиях крайне низкой численности осетровых в регионе это самая главная рыба, сом стал видом №1 из-за своих размеров и притягательности для спортивной ловли. В этом случае всегда существует интерес о том, что было в прошлом с запасами и размерами сома, и что происходит сейчас. В этой связи интересно проследить историю взаимоотношений человека и сома на протяжении не только последних двух веков, но и заглянуть поглубже в прошлое, хотя бы на 2-3 тысячи лет назад. Эти данные можно получить от археологов, которые проводят раскопки стоянок Каменного века и древних городищ, которые, как правило, располагались на берегах рек.

Дело в том, что в течение Каменного века произошло кардинальное изменение в характере питания древнего человека. В раннем Палеолите, а это более 12 тысяч лет назад, во всей северной Евразии основу белкового питания человека составляли крупные наземные животные – знаменитые мамонты, шерстистые носороги и другие животные, которые часто называются термином «мегафауна». Судить о потреблении этих животных человеком можно по так называемым «кухонным кучам», попросту говоря, по свалкам, куда выбрасывали кости использованных животных. Рыболовство было развито и в раннем Палеолите, однако значение рыбы в питании человека было невелико. Однако на рубеже 11-10 тысячелетия до нашей эры повсюду в Евразии и Северной Америке наблюдается первых глобальных кризис в развитии человечества – кризис питания. К этому времени наблюдается резкое сокращение численности мегафауны, причём считается, что причиной тому было истребление животных человеком. К тому времени в арсенале человека появилось большое количество совершенных орудий охоты в виде хорошо обработанного камня. Кстати, традиционное представление об охоте древнего человека на мамонта, когда всё племя загоняет животное в яму а потом его забрасывают камнями, никоим образом не соответствует действительности. На самом деле способ охоты был менее многолюдным, менее шумным. На охоту выходила небольшая команда из 3-4 человек, которые выслеживали пасущуюся группу мамонтов, а один из охотников, самый сильный и меткий, должен был подкрасться на дистанцию броска короткого метательного копья и попасть в мамонта так, чтобы копье попало в живот и пробило и шкуру, и кишечник. А дальше группа охотников в течение длительного времени, до недели или более просто следило за раненым животным, пока оно не падало от банального перитонита (разрыва кишечника и попадания кишечных масс в полость тела). Никакой романтики. И вот таким образом человек за пару тысячелетий уничтожил собственную кормовую базу, источник белка, без которого жизнь человека невозможна, попросту исчез.

И вот в этой ситуации примерно в 10 тысячелетии до нашей эры в кухонных кучах древнего человека резко возрастает количество костей рыб. Рыба стала той палочкой-выручалочкой, которая позволила восстановить пищевой баланс древнего неразумного человека (впрочем, сильно разумнее по отношению к Природе мы не стали). При этом развитие скотоводства уже в Неолите не изменило характер питания – рыба оставалась основным источником белка в питании человека. Как раз в Неолите бурное развитие переживает техника добыча рыбы. На заре промысла рыб первейшее место принадлежало удебным орудиям лова – крючковым снастям, блёснам и даже воблерам и балансирам. Поэтому те приманки, которые мы используем сейчас, имеют очень давнюю историю. Воблеры в каменном веке, как и сейчас, изготавливали из сосновой коры, а балансиры делали из камня, крючки – из костей птиц. А вот сети и невода появились гораздо позже – уже к концу Неолита, примерно к 5-6 тысячелетию до нашей эры. Как-то так получилось, что историки мало обращают внимание на факт появления и развития сетей как орудий труда человека, почему-то в первую очередь внимание уделяется глиняной посуде, обработанным каменным орудиям (рубила, топоры, наконечники стрел). Про сети или удебные орудия лова в трудах историков и археологов упоминается вскользь, как о чём-то простом и само собой разумеющимся. А ведь на самом деле появление и использование сетей – это самая настоящая Великая Технологическая революция Каменного века.

Фото 5. Примерно так выглядят кости рыб из кухонных куч Палеолитического человека. Но даже по таким можно определить вид рыбы. Сверху вниз: покровная кость черепа севрюги, первый луч грудного плавника осетра, фрагмент лобной кости белуги, плечевая кость сома. Стоянка древнего человека на реке Дон.

Фото 6. Это древний воблер человека Каменного века, примерно 7-е тысячелетие до нашей эры. Материал – сосновая кора, окрестности Чудского озера.

Фото 7. Каменный балансир палеолитического человека, 5 тысячелетие до нашей эры. Средний Енисей.

Дело в том, что сеть – очень сложный продукт труда человека, и в далёком Каменном веке нужно было преодолеть невероятную массу трудностей и разработать целые производственные цепочки, весьма сложные для того времени. Например, надо было решить проблему производства волокна для сетевых нитей. Это сейчас, используя нефтехимические технологии можно протянуть полимерные нити любой длины, а в Каменном веке для одного небольшого невода надо было заготовить и обработать тонны крапивы, дикого льна или дикой конопли. Кстати, технология переработки крапивных волокон в нить требовала длительного времени и обработки специальными орудиями труда. Но ведь получить волокно было ещё половиной дела. Так как сеть работает в воде, то есть в агрессивной для растительного материала среде, то для изготовления сетей и неводов волокна было необходимо пропитывать во избежании гниения и для повышения прочности. Поэтому уже в Каменном веке добывали смолу деревьев и находили источники нефти. И перерабатывали животный жир для создания растворов пропитки нитей. Примечательно, что в Каменной веке люди ещё не умели шить одежду и ткать материю, но вот сети делать уже научились.

Появление сетей было поворотным моментом в развитии рыболовства, их значение было невозможно переоценить. Дело в том, что до сетей человеку была доступна рыба только на мелкой воде, когда глубина составляла примерно до 2 метров. Дальше остроги и крючковые снасти добить просто не могли. А это резко сужало доступные объекты ловли, и, более того, делало возможным массовую добычу рыбы в узкие сроки. Так, фактически, крупная рыба добывалась только весной, во время нереста, а оставшуюся часть года добывалась только мелкая малоценная рыба. Только на севере Евразии возможности ловли расширялись на весь летний сезон, так как в бореальной зоне лососёвые рыбы заходили в реки в течение всего безлюдного периода. Но появление сетей позволило существенно повысить эффективность ловли, за счёт облова более глубоководных горизонтов.

Так какое же отношение имеет наш пространный экскурс в далёкую историю к нашему объекту – сому? Самое прямое, потому, что мы можем по кухонным кучам восстановить и долю сома в питании древнего человека и размеры и возраст рыб. То есть очень точно сказать, как менялись размеры и возраст рыб в послеледниковый период. Тут необходимо отметить, какие же рыбы на Европейской части России были первостепенными объектами использования человека. И выясняется очень любопытная ситуация. На первом месте почти по всему бассейну рек Черного, Азовского и Каспийского моря стоят осетровые рыбы – белуга, русский осётр, севрюга и стерлядь. По суммарной доле они составляют примерно 60% всего рациона в Каменном веке и даже далее, на протяжении исторического периода вплоть до XIV-XV веков. Удивительное дело, но на протяжении почти 12 тысяч лет структура промысла не менялась! На втором месте, с большим отрывом от остальных видов, стоит щука. И лишь далее по списку в питании человека играли роль такие виды, как язь, плотва и другие карповые рыбы.

А что касается сома, то он явно стоит особняком. Хотя сом – крупная и ценная с пищевой точки зрения рыба, его костей в кухонных кучах находят совсем не так уж много, как это должно казаться на первый взгляд.  Даже в неолитических стоянках древнего человека на берегах Урала, Нижней Волги и Нижнего Дона кости сома находят в единичных количествах. Интересно, что даже в историческое время роль сома в промысле на Нижней Волге была невелика, удивительное дело, даже белорыбицы – сиговой рыбы, которая шла из Каспия на нерест в Волгу. Добывали примерно столько же, сколько и сома. Некоторым исключением можно считать период Золотой Орды, когда в её столице – Сарай-Берке существовала заметная торговля и потребление именно сома. Кстати, именно с тех пор тюркское название сома сохранилось и карте нынешней Астраханской области. Районный центр Харабали – это и есть в переводе «Сомовий край» (Кара-Балык, или чёрная рыба – древнее название сома). Более или менее регулярный целевой промысел сома на Нижней Волге начали проводить примерно с конца XVIII века. При этом вылов сома в бассейне Оки был развит раньше, примерно с XVI века. Конечно, сом всегда представлял интерес как объект питания, но, скорее проходил по разряду второстепенного и не очень важного. Ситуация довольно странная, и внятных объяснений невнимания промысла к сому найти затруднительно. Даже тщательный анализ изысканий учёных, проведённых в начале XIX века не даёт полной картины. В середине XIX века на Волгу было послано несколько экспедиций по разведке рыбных запасов и изучения перспектив развития широкомасштабного промысла. Изучая труды классиков отечественной ихтиологии, таких как К.Кесселера и В.Данилевского много чего можно найти интересного. Так, например, тогдашней науке приходилось доказывать, что волжскую сельдь, знаменитый «залом» можно и нужно употреблять в пищу. Дело в том, что в те времена сельдь заходила из Каспия в Волгу превеликими массами, порой косяки сельдей были настолько плотными, что часть рыб просто выдавливало на берег. Нерестилась сельдь очень шумно, под поверхностью. А после нереста происходила массовая гибель производителей – большая часть волжской сельди нереститься только один раз в жизни. Поэтому в народе волжскую сельдь называли «бешенкой» и считали, что есть её нельзя, так как от этого человек заболеет бешенством. Но почему в XIX веке не очень-то жаловали сома, но при этом ловили много судака, сазана, леща и воблы, неясно даже из отчётов экспедиций. Хотя изрядное место на страницах трудов отведено именно предпочтениям и местного населения, и промысловиков, вывозивших рыбу по всей стране. Пожалуй, можно найти только одну короткую ссылку – по мнению некоторых купцов, торговавших рыбой, сом был не очень популярным объектом из-за некрасивой окраски и голого тела. Как ни странно, но наши предки считали, что рыба должна быть непременно с чешуёй, а сом своим обликом походит на большую лягушку. Не исключено, что малое значение сома в питании человека на протяжении нескольких тысячелетий было обусловлено биологией этой рыбы. Всё-таки в Волге, да и в Ахтубе он придерживается глубоких участков, достаточно труднодоступных для промысловых орудий того времени. Естественно, что в Каменном веке достать сома с глубины было весьма непростой задачей, да в дальнейшем целевая охота за сомом требовала гораздо больших усилий, чем даже ловля осетров.

Существенное развитие добыча сома приобрела только в ХХ веке, начиная примерно с 20-х годов. В то время была установлена довольно хорошо работавшая система учёта промысла на рыболовецких тонях на Нижней Волге, во всяком случае, объёмные амбарные книги промысловиков 20-40-х годов оформлены очень тщательно и дают весьма детальное представление о добываемой рыбе, в отличие, например, от записей XIX века, разрозненных и приблизительных. Так вот, судя по архивным данным, сома добывали, в основном, закидными неводами. На всю Нижнюю Волгу (на участке от Волгограда до Каспийского моря) в 1920-1930 гг. добывали от 1.5 до 5 тысяч тонн сома, из них на Харабалинский участок приходилось от 540 до 730 тонн вылова. Средние размеры сома, которого сдавали на приемный пункт в 30-е годы составляли 2 метра при средней массе 54 килограмма, подавляющее большинство рыб имело массу от 30 до 60 килограмм. При этом предельные размеры сомов были не такими уж и большими – максимально зарегистрированный вес во все годы был не более 120 килограмм, причем таких рыб, более 100 килограмм ловилось не более 10 штук в год (естественно, согласно официальной статистике).

При этом интересно сравнить данные по сомам начала ХХ века с тем, как это было в 3-5 тысячелетии до нашей эры. На самом деле отличий почти нет, и человек Каменного века, и человек ХХ века довольствовались примерно сходными по длине и массе сомами – средняя длина рыб в улове Каменного века составляла 166-169 сантиметров, а в ХХ веке (когда применялась куда более совершенная техника) – 160-200 сантиметров. Не менее интересен вопрос о максимальных размерах сома в историческом прошлом и сейчас. По всем справочникам относительно обыкновенного, или европейского сома указывается, что его максимальный вес составляет 300 кг. Однако откуда взялась эта цифра, так до конца и неясно. Она прозвучала в какой-то старой сводке XIX века, а потом её повторяли многократно. Однако эта цифра вызывает некоторые сомнения. Так, сом весом около 100 кг достигает в длину примерно 2.5…2.6 м. По данным испанцев, в р. Эбро сом весом 150 кг имел длину примерно 3.5 метра. Какой длины должен быть сом массой 300 кг никогда нигде не указывалось, по примерным расчётам он должен быть в длину не менее 4.5 метров. Но о таких сомах достоверных сообщений пока не было. Гораздо чаще для рек Черного, Азовского, Каспийского и Аральского морей указан максимальный вес 130 кг. Это примерно соответствует и данным испанцев, так как в наших краях сом имеет несколько меньший вес в пересчёте на длину.

Разбор и анализ археологического и палеонтологического материала показывает, что максимальная длина сома в Мезолите, то есть примерно 7-8 тысяч лет назад в Волге и Урале составляла 350 сантиметров, что примерно соответствует массе 130-150 кг. Костные остатки, по которым были выявлены эти размеры, были встречены в единичном количестве. Гораздо больше в кухонных кучах древнего человека было костей сомов длиной 220-250 сантиметров, а эти сомы должны весить от 80 до 110 кг. Причём доля таких рыб в рационе древнего человека примерно соответствует таковой в промысле рыболовецких артелей в 1920-1930-х годах.

Относительно того, что происходит сейчас, почти ничего невозможно узнать от промысловиков. В настоящее время промысловая статистика вылова сома почти полностью относится к району Дельты Волги, а там, как хорошо известно крупного сома мало. А вот относительно русловых участков Волги, от начала Дельты и до Волгограда, официальных сведений найти просто невозможно, тем более дифференцированых по размерным группам. Поэтому единственный источник материала по сому – это уловы наших рыболовов. Эти сведения вполне серьёзные, но, к сожалению, набрать хорошую выборку достаточно затруднительно – всё-таки сомы попадаются не так часто, как судак, а количество рыболовов, нацеленных на ловлю сома не очень-то велико. Как бы там ни было, кое-какой материал у нас оказался в распоряжении.

Итак, в период 2011-2013 гг. средняя длина тела сома в уловах рыболовов составила 166.6 сантиметра, средняя масса тела – 36.82 килограмма. Это удивительное совпадение как с данными 20-30-х гг. ХХ века, так и с Каменным веком. Самое забавное, что и тогда, в 20-30 годы и сейчас, большую часть уловов (примерно 70%) составляют особи весом тела от 29 до 60 килограмм! А максимальные размеры сома сейчас и вовсе, можно сказать, остались неизменными – как известно, в 2011 г. был пойман сом весом тела 115 килограмм, а в 2012 г. – 96 килограмм. Однако в период 2014-2015 гг. произошло заметное изменение. Во-первых, уменьшился вылов сома в летнее и осеннее время. Уже далеко не каждый день на разведанных тропах удавалось добиться поклёвки даже мелких сомов, а максимальный размер рыб не превышал 80 кг. Даже в сомовьих соревнованиях 2014 года максимальный по весу сом потянул всего на 46 кг. Осенью 2015 года среди нас были весьма пессимистические настроения, факты говорили о серьёзном провале по сому. Правда, 2016 год несколько подправил впечатление. Хотя на Соревнованиях самый большой, победный сом оказался не столь уж и велик – «всего» 30 кг 400 грамм, но зато в сентябре и октябре наблюдались устойчивые поклёвки сома, и, в итоге, поимок было примерно столько же, сколько и в 2011-2013 гг. Трудно объяснить причины таких колебаний численности и размерного состава сомов, возможно, влияют какие-то природные факторы.

Фото 8-11. Каждый мечтает поймать рекордного сома, но даже поимка рядовых рыб навсегда остаётся в памяти рыболова как знаменательное событие.

В этой ситуации представляется интересным анализ возрастного состава и роста сома. Дело в том, что практически любые негативные воздействия на популяции рыб немедленно отражаются на этих двух параметрах – возрасте и росте рыб. К сожалению точное определение возраста рыб из Каменного века почти невозможно из-за плохой сохранности материала, а 1920-1930-х годах возраст сома не определяли. Поэтому мы можем привести материалы только за период 2011-2013 гг, дополненные поимками последних лет.

Предельный возраст сома в нашей выборке мы определили по двум рыбам, доступным для анализа. В первом случае рыба имела возраст 29 лет, этот сом имел длину тела 2 метра 48 сантиметров и массу тела 96 килограмм. Другой сом имел возраст 32 года, длину тела 2 метра 60 сантиметров и массу 103 килограмма. Но большую часть собранной нами выборки составляли сомы в возрасте от 12 до 20 лет. Согласно литературным источникам, предельный возраст сома составляет 35 лет.  Так как и в наше время ловятся сомы весом более 100 килограмм, то можно говорить, что максимальная продолжительность сома также не изменилась. Надо сказать, что все сомы, выловленные в 2014-2016 гг. хорошо укладываются в пределы изменчивости длины и массы, установленные для 2011-2013 гг. Поэтому можно говорить, что рост сома не изменился на фоне падения его уловов в последние годы. Это даёт надежду на то, что с запасами сома не произошли серьёзные изменения, затрагивающие важнейшие показатели жизненного цикла.

Сом – одна из быстрорастущих наших рыб, темп его роста один из самых интенсивных. Уже к концу первого лета жизни, в сентябре-октябре сомята-сеголетки достигают длины тела 35-45 сантиметров и веса тела 300-600 грамм, и, тем самым выходят из-под пресса подавляющего большинства нижневолжских хищников. Самое интересное, что в отличие от судака, окуня и щуки, случаи каннибализма у сома очень редки, более того, в литературе этот факт приводится как предположительный. Далее, до возраста 10-12 лет (или до длины тела 120-140 сантиметров) сом растет, прибавляя каждый год по 12-14 сантиметров, а по весу – примерно по 870-1400 грамм. Это очень высокие показатели, особенно по сравнению с другими рыбами. Начиная с возраста 13-14 лет, по достижении длины тела 150 сантиметров, рост сома существенно ускоряется, он начинает прибавлять в длину по 36-47 сантиметров и в весе по 4.8-6.3 килограмма в год. Скорее всего, такая интенсификация роста сома связана с изменением характера питания. Мелкий сом в значительной степени потребляет мелкую пищу, такую, как раки, лягушки, мелкую рыбу, червей, моллюсков. Но начиная с 1.5 метров длины и веса 16-20 килограмм сом переходит почти полностью на питание рыбой, причем его добычей становятся достаточно крупные рыбы, такие, как густера и подлещик весом 400-800 грамм, судак и щука весом до 1-1.5 килограмм. Переход на энергетически более выгодное питание приводит к повышенному темпу роста. Период высокого темпа роста у сома продолжается примерно до 20-22 лет, а далее он опять замедляется – рисунки 2 и 3. Самые крупные сомы растут достаточно медленно, отчего рыба весом около 100 килограмм может иметь возраст и 30 и 35 лет в зависимости от индивидуальных особенностей жизненного цикла. Трудно сказать, с чем может быть связано такое замедление роста, так как трофейный сом продолжает питаться крупной рыбой, то есть вполне калорийной пищей. Нам приходилось извлекать из желудков сома весом 80 кг и выше лещей по 1.5-2 кг. Не исключено, что как и подавляющего большинства других рыб, у сома в старшем возрасте происходит замедление темпа роста, особенно линейного.

Когда мы пропагандируем принцип «поймал-отпусти» применительно к сому, возникает один вопрос, который не может не волновать рыболова, который решил этому принципу следовать. Речь идёт про определение массы тела рыб. Для рыболова всегда очень важно знать, какую рыбу он поймал. А взвешивать сома в полевых условиях не очень-то получается, для этого нужно иметь соответствующие весы и другое оборудование. Поэтому, выпуская сомов, хорошо бы иметь возможности определения его массы. Сделать это возможно по результатам всего двух измерений, которые вполне возможно сделать на берегу. Так, достаточно будет измерить полную длину тела, от вершины нижней челюсти до кончика хвоста, а также измерение обхвата тела, или наибольшей толщины тела. Она измеряется гибкой мерной лентой перед началом спинного плавника. Таким образом, для каждой рыбы будет система измерений, по которой можно достаточно точно восстановить вес рыбы. Измерение восстановленного веса рыбы по измерениям длины и обхвата тела – широко распространенная мировая практика, для каждого вида рыб существует своя формула пересчета. Проблема в том, что практически каждая отдельная популяция рыб характеризуется своими параметрами связи в уравнении «длина тела – масса тела». Мы на основании имеющегося у нас материала вывели формулу пересчета, которая имеет следующий вид: 

Q = 1.191 (L * G²) / 36323

где Q – расчисленный вес тела сома, L – длина тела в миллиметрах, G – обхват тела в миллиметрах.

Эта формула основана на сравнительно небольшой выборке, поэтому точность ее не абсолютная – для сомов длиной тела до 100 мм ошибка восстановленного веса составляет ±278 грамм, для сомов длиной  тела от 100 до 150 см ошибка восстановленной длины тела возрастает до ± 670 грамм, а для сомов длиной тела более 150 мм эта ошибка существенно больше и достигает величины ±1323 грамма. Это многовато, но мы надеемся, что дополнительный материал позволит уточнить расчеты, особенно интересны сомы весом от 50 до 100 килограмм которых пока что маловато. С другой стороны, широко применяемые в повседневной практике стандартные пружинные безмены при взвешивании предметов весом более 25 килограмм имеют погрешность 300-500 грамм, а без калибровки – и того больше, а это уже становится сопоставимым с предлагаемыми нами расчетами. Скорее всего, погрешность при расчете восстановленного веса обусловлена тем, что хвосты сомов, особенно у крупных сомов являются местом накопления жира, и отдельные рыбы довольно существенно отличаются друг от друга по толщине хвостов. А хвосты, как ни странно, трудно поддаются измерениям из-за того, что нет четко определенного места, где надо мерить – никаких ориентиров для привязки у сома на хвосте не существует. Тем не менее, в нынешнем сезоне надо попробовать разработать новую систему измерений, в которой были бы величины толщины хвоста, а в формуле появилась бы еще одна переменная. В этом случае вполне возможен очень точный расчет веса пойманной рыбы. Самое главное – проводить точные и аккуратные измерения, строго по схеме, ибо сдвиг линии измерений приводит к очень серьезным ошибкам.

В целом, среди наших рыб сом еще уникален и тем, что в условиях все возрастающего антропогенного воздействия он лучше всех, что называется «держит удар» со стороны человека. Запас прочности популяций сома достаточно высокий. Так, по биологии размножения сом имеет особенности, хорошо защищающие его потомство от такого фактора, как резкие колебания уровня воды. Хорошо известно, что из-за резких изменениях сброса воды на плотине ГЭС отложенная икра многих видов рыб может обсохнуть на нерестилищах и целое поколение может быть просто вырезано. Но сом одинаково легко может нереститься как на мелководьях, на глубине 1-1.5 метра, так и на  глубинах до 10 метров. Сомы – заботливые родители, на мелководьях они строят гнездо из растительности, а на глубине копают в грунте водоема конусообразную яму. Отложив икру и самка и самец, охраняют кладку, а после того, как вылупиться молодь еще от недели до месяца охраняют молодь. Сом нереститься по теплой воде, при температуре воды 17-23 градуса, с середины мая до начала июля. Известно, что на Нижней Волге сом в течение мая-июля может откладывать икру дважды, а в некоторых случаях и трижды.   Таким образом, разного рода колебания уровня и специфические условия конкретного года не могут существенно повлиять на нерест и воспроизводство сома.

Нижневолжский сом становится половозрелым в довольно раннем возрасте, по нашим данным самцы впервые вступают в нерестовое стадо в возрасте 4-5 лет при длине тела 80-90 см, самки – примерно на год позже, в возрасте 6 лет при длине 1-1.1 метр. В дальнейшем нерест сома до возраста примерно 20 лет ежегодный. После 20-летнего возраста относительно темпа размножения сказать трудно, так как данных почти нет. Во всяком случае, все сомы, которых нам удалось проанализировать, были половозрелыми, хотя для самых старшевозрастных рыб свойственно пропускать год между нерестами.

До сих пор остается сравнительно слабо изученным питание сома, особенно экземпляров весом более 60 килограмм. Подавляющее большинство сведений о питании сома относится к сому из Дельты Волги, а там преобладает мелкий сом весом до 20 килограмм. Достаточно точно установлено, что наиболее предпочитаемый сомом диапазон температур составляет от 14 до 25 градусов. При такой температуре у сома пищеварительные ферменты работают наиболее эффективно. Известно, что размер предпочитаемой добычи сома длиной до 1.5 метров составляет от 10 до 30% длины тела, то есть сом в норме может заглотить крупную добычу. В то же время, основу питания некрупного сома составляют мелкоразмерные объекты, длина тела которых составляет около 10% длины тела. В то же время, сомы весом более 30 килограмм питаются заметно более крупной добычей, данные по сому из нашего района хорошо иллюстрируют этот факт. Так, в желудке сома длиной тела 1.75 м и весом 36 килограмм были обнаружены: 1 лещ весом 1.4 кг, 2 леща весом 1 кг и еще 3 полупереваренных скелета лещей весом около 1 кг. В желудке сома весом 80 кг был обнаружен 1 лещ весом более 2 кг, остатки судака весом ориентировочно 1.2 кг, 3 леща весом около 1 кг и еще полупереваренные остатки крупных лещей.     

Изучая особенности питания сома мы обратили внимание на один довольно интересный факт – а именно, как в желудках сома уложена пища. Образно говоря, сом себе набивает желудок как попало, заталкивая добычу кое-как в полном беспорядке, лишь бы вбить. Вот и получается, что все заглоченные рыбы скрючены, перекручены так, что занимают довольно большой внутренний объем при относительно небольшой массе. Совсем не так, как у судака или щуки – у этих хищников добыча уложена компактно, голова к хвосту, то есть в желудках судака и щуки все наоборот – максимальная масса добычи при ее минимальном объеме. Среди рыб такое явление встречается очень редко, обычно рыбы стараются плотно набить желудок. Стали искать среди рыб нечто подобное, чтобы найти хоть какое-то объяснение. В конце концов натолкнулись на одну австралийскую статью по пищевому поведению китовой акулы. Звучит, конечно, более чем смешно, сравнивать сома и акулу. Тем не менее… Китовая акула – крупнейшая из современных хрящевых рыб, достигает в длину 20 метров и массы 14-15 тонн, во взрослом состоянии она медлительная, вяло отцеживает мелкий планктон. Но вот молодые особи длиной до 10 метров – хищники, причем питаются рыбой весом до 2 килограмм (это всякие ставридовые и скумбриевые). Однако у китовой акулы, приспособленной питаться планктоном, слабая глотка и она не может протолкнуть плотную пищу в желудок. Поэтому молодые китовые акулы, заглотив в пасть кучу рыбы, двигаются вертикально вверх, раскрыв пасть (это поведение досконально изучили, снимая на видео). Таким образом китовая акула использует гидростатический напор, сопротивление воды, чтобы протолкнуть массу рыбы из глотки в пищевод и желудок. Прочитав эту статью мы вспомнили, что сомы тоже любят делать вертикальные свечки от дна к поверхности. А может быть, сомы таким же образом, гидродинамическим упором заталкивают крупную добычу себе в желудок? Тогда становится понятным, отчего лещи в желудках сомов перекручены. Хорошо бы когда-нибудь провести подводные наблюдения за поведением крупных сомов-хищников, наверное, это было бы очень интересно.

Таким образом, анализ предварительного материала показывает, что состояние популяции нижневолжского сома в настоящее время в целом можно охарактеризовать как стабильное в исторической ретроспективе. Основные показатели структуры популяции (размерно-весовой и возрастной состав) претерпели несущественные изменения на протяжении последних 80-90 лет. Следовательно, встречи с трофейным сомом, особями весового класса 100+ килограмм на Нижней Волге никак не могут быть из области фантастики. Судя по имеющимся данным, средне-взвешенный размерный состав популяции сопоставим с тем, что было в первой половине ХХ века. А значит, сом по-прежнему остается царь-рыбой наших вод и главным хищником и главным трофеем на Нижней Волге. Вместе с тем, уже сейчас ясно, что требуется внимательно относится к запасам сома, бережно относится к нему. Хотя сом и обладает запасом прочности к воздействию человека, но его возможности небезграничны. Поэтому нам, рыболовам стоит еще и еще раз задуматься о режиме ловли наших гигантов. Может быть, стоит сократить вылов сома с убийством, необходимо помнить, что чем больше рыбы мы ловим по принципу «поймал-отпусти» тем больше на Нижней Волге трофейных рыб которых хватит всем и надолго. Судьба сома – в наших руках!

С уважением,

Марат Арифуллин, Кирилл Кузищин, Марина Груздева 

03.07.2017


ГлавнаяМемориалИсторияРыболов-экспертОхотничьи рассказыФотоВидеоКонтакт

Тел./Факс: (495) 420-04-00
Skype: baza_uspeh
Офис в Москве: ул. Профсоюзная, 109