Тел./Факс: (495) 420-04-00
Skype: baza_uspech
Офис в Москве: ул. Профсоюзная, 109

ГлавнаяМемориалИсторияРыболов-экспертОхотничьи рассказыФотоВидеоКонтакт

Любовная песнь маралов. Часть 2

Вернуться к списку статей

Начало в статье "Любовная песнь маралов"

В Или-Алатау вернулись через два года, в 2009-м. Время мы с Ириной даром не теряли и успели в промежутке между визитами основательно обогатить свой опыт добычи благородного оленя на реву, побегав за разновидностями последнего в Забайкалье, горном Крыму и легендарном Красном Лесу Восточной Пруссии, который со сменой масти на Калининградскую область основательно потерял былой лоск, но трофей пока дает.

На лесничьем кордоне все было, как раньше, раз­ве что добавилась одна гостевая юрта. Сергей Иваныч по-прежнему гонялся за волками. Сын, Александр, нашел себе хорошую работу в маралятнике и родил дочь. Бизнес у тети Галы, судя по всему, процветал. От отдыхающих в уикенд не было отбоя. Нам довелось провести на кордоне субботний вечер и наблюдать, как стайка основательно поддатых постбаль­заковских наяд числом с полдюжины выпорхнула из бани в озеро с голодной форелью. Наяды плескались, призывно выставляли пикантные части тел напоказ и махали руками, зазывая нас к себе.

В ту охоту я стал участником поединка. Конечно, поеди­нок - слишком громко сказано. У меня в руках 202-й «Зауэр» в калибре 9,3x62 с тяжелым, пятнадцатиграммовым «Ориксом» в патроннике. А у оленя - лишь рога да страсть! Но охота тем не менее вышла просто на загляденье! За что огромное спасибо и нижайший поклон Сергею Ивановичу Стребкову.

Одним утром мы, гарцуя на склонах после неудачной утренней зари, высматривали цель на вечер. Здоровенного бычару на противоположном склоне, что стоял на солнце­пеке, на другом склоне речной долины, я заметил одновре­менно с Иванычем. Даже в десятикратный бинокль было видно, что рога хороши. Марал ответил пару раз на призыв Сергея, несмотря на то что солнце давно встало. После лан­ча на кордоне Сергей Иваныч вновь оседлал лошадей, и мы начали неспешный подъем в сторону поляны, где предпо­лагалось вытащить оленя «пылесосом» на выстрел. Ирина и Олег Елагин составили нам компанию, благо коней хватало на всех. Они должны были занять позицию на по­ляне метрах в трехстах ниже нас, куда, по мнению нашего проводника, тоже мог был выйти бык.

На середине склона слезли с лошадей и продолжили подъем на ногах. На одном из солнцепеков Сергей помог Ирине найти нужное место, указав, откуда ждать зверя. Затем мы продолжили путь уже вдвоем. Иваныч начал интенсивно вабить. Маралы отвечали с разных сторон. Са­мый перспективный из них находился где-то выше и, судя по перемещению рева, двигался точно в нашу сторону. Начали сближение, благо ветер позволял. Сближались не­спешно. Олень, хоть и орал, как ошалелый, но на чистом себя не показывал. Так продолжалось больше часа.

Начало смеркаться. В горах темнеет быстро. Наконец, уже после заката, я занял позицию в рябиновом кусте, точ­но напротив полянки, на которую ожидался выход оленя. Сергей спустился чуть ниже, имитируя отступление и ломая  с остервенением ветки березки, колотя палкой по стволу дерева. Марал опять заревел. Не более чем в пятидесяти ме­трах! Стало совсем темно. Лишь оптика «Сваровски» позво­ляла видеть хоть что-то и целиться с помощью подсветки. И тут я наконец-то увидел контур быка и абрис рогов точно напротив себя и в фас. Он стоял метрах в тридцати выше по склону и, похоже, намеревался нас атаковать. Я навел красную точку в центр широкой груди и выстрелил. Олень рухнул и полетел вниз по склону со скоростью и шумом курьерского поезда. Остановился он под елкой чуть выше того места, где сидели в засаде Ирина и Олег.

При ближайшем рассмотрении выяснилось, что это не тот марал, которого мы видели утром. Добытый, судя по всему, оказался одиночкой. Рога его были точно меньше замеченных, но тянули под одиннадцать кило. Тело впечат­ляло величиной! Видимо, тот олень, которого нам хотелось добыть, остался со своим гаремом выше по склону. Тем не менее я был доволен. Охота получилась очень красивой и заставила биться сердце в адреналиновой волне. Да и тро­фей в целом оказался неплох.

Меж тем Ирина и Олег поведали нам свою историю. Они слышали нашу перекличку и маралов рядом с собой.

Думали, что на заре смогут увидеть быка на выстреле. Еще по светлому в малиннике, что рос неподалеку, раздался треск. Стало ясно, что пожаловал медведь. С полчаса он ломал кусты и обдирал ягоды, а затем ретировался. Ни один рогач после этого себя не показал.

На следующее утро задолго до рассвета мы всем соста­вом поднялись на лошадях в тот самый маралодром, где два года назад я добыл быка и пил его кровь. В отличие от пе­шего подъема путь в седле не составил труда и не занял много времени. Погода стояла гонная - накрапывал дождь со снегом. Сергей вновь манил и колотил воображаемыми рогами по елке. Вновь на нас сначала вылетел совсем поте­рявший голову малолетка, а затем подставился под выстрел серьезный олень. Ирина стреляла со ста пятидесяти метров. Мы с Серегой, к сожалению, ее не подстраховали и не до­бавили. Все утро Ирина с Иванычем тропили подранка. Я занял позицию под вершиной, перекрывая ему пути от­хода. Нам почти удалось добрать зверя, но не хватило лишь толики удачи. Ближе к полудню дождь перешел в ливень, все следы оказались напрочь смытыми, и мы, мокрые на­сквозь, спустились на кордон.

Весь следующий день провели в поисках подранка. Правда, Ирину оставили с Галой готовить манты и чебуреки из маралятины.

Оленя так и не нашли, зато за время поисков я видел на склонах отрогов, рядом с выходами известняка и мра­мора на поверхность, старинные ямы для обжига извести, которыми пользовались русские казаки еще в конце девят­надцатого века.

Сергей Иваныч успокоил нас, сказав, что подранка он обязательно сыщет. Еще ни разу такого не было, чтобы не находил. На следующей неделе возьмет лошадей и уйдет в те края на пару дней... В общем, так оно и случи­лось. Дней через десять мне на мобильный позвонил Вале­рий Босс, вновь безупречно организовавший нашу охоту в Казахстане, и сказал, что марал найден, в рогах двенадцать кило, а шкура пропала безвозвратно.

ВСЕ ЛЮБЯТ ТРОИЦУ

Салон бизнес-класса в «Боинге» авиакомпании «Эйр Астана» оказался мил и уютен. Еще на регистрации выясни­лось, что оружие нынче таможить нет нужды, и разрешение на вывоз и ввоз, выданное МВД России для Руспублики Казахстан, я могу оставить себе на память.

Пять лет мы с женой не охотились в Казахстане. Много золы утекло за это время, много исхожено охотничьих троп в самых разных уголках планеты. Ну, и трофеев добыто не­мало!

Собственно, мы собирались вернуться еще два года назад и даже оплатили контракт на двух маралов на реву, но операции на предмет застарелых спортивных травм вре­менно лишили меня возможности ходить по горам. Спасибо Валерию Боссу, который с пониманием отнесся к ситуации и сразу сказал, что мы можем приехать тогда, когда это будет удобно для нас. Или же получить назад деньги.

На сей раз нам предстояло охотиться на юго-востоке республики, в Джунгарском Алатау. Горная цепь берет свое начало на границе с одноименной пустыней и пролегает между рекой Или, богатой уникальными трофейными со­мами, и озером Алаколь. Совсем рядом Китай, строящий настоящую бетонную стену на линии границы.

Когда-то Джунгарские ворота служили местом прохода многочислен­ных орд кочевых народов на западные просторы Великой Степи, откуда им открывалась дорога на богатые и культур­ные центры Среднего Востока. Да и нынче здесь неспокой­но, особенно в Китае. Уйгуры, населяющие степь и предго­рья по обе стороны границы, давно мечтают о собственной государственности, утраченной еще в стародавние времена, и носят на себе ярлык сепаратистов. В силу этого местные власти ограничивают уйгурам возможность приобретения нарезного оружия, что самым положительным образом сказывается на популяции марала и тэка в Джунгарском Алатау!

В кишлак, где Валерий сменил свой «Мультивен» на «Бухантер», мы приехали лишь утром 24 сентября - на следующий день после прилета. До угодий «Охота-Тур- Евроазия» - двадцать километров вверх по речной долине. Дорога - название весьма условное. Иногда она совпадает с ручьем, иногда пересекается завалами валунов.

Едва добравшись до базового лагеря, мы с Ириной за­валилась спать в комфортабельный и теплый кунг «Урала», который служил нам пристанищем на всем протяжении охоты.

Выспавшись, днем мы обнаружили вокруг великолеп­ные виды - густо заросшие джунгарским ельником и ря­бинами горы. Изначально предполагалось стоять лагерем в ином месте, по другую сторону склона и выше, что облегчило бы поход за козерогом в том случае, если охота на оленя не затянется. Но внезапный снегопад заставил поменять место дислокации и перегнать «Урал» в другую долину. Из-за этого лошадей еще не успели пригнать, и что­бы подстраховаться, Валера отправился в кишлак - взять в аренду трех коней.

Мы весь день акклиматизируемся на среднегорье. После ланча занялись пристрелкой оружия. Летит не идеально, а проверять дополнительными выстрелами жалко. Из-за санкций и эмбарго патроны теперь приходится экономить, а гильзы собирать.

Вечером в импровизированном бома мы делимся с Рустемом и Виталием, друзьями Валерия, приехавшими реа­лизовать мясную лицензию, историями про охоту в Африке. Парни рассказывают про Казахстан.

На заре начинают перекличку маралы. Валера и его егеря-уйгуры, Хивиз и Аркын-ака, в один голос утверждают, что рев задерживается и мы прибыли к самому его началу. Что-то поздновато нынче.

Утром, задолго до зари, я в сопровождении уйгуров и под аккомпанемент маралов начал свой очередной подъ­ем в горы за трофеем. Олень ревел как надо, и особых со­мнений я не испытывал. Но ни утром, ни на вечерней заре, несмотря на весьма активное поведение быков, добыть зверя так и не смог. Выяснилось, что проводники весьма посредственно владеют манком. Правда, Хивиз, который в отличие от напарника имел больше опыта и представ­ления о трофейной охоте, поспешил заверить меня в том, что добыча марала во время гона в Джунгарии - задача не из самых сложных, и трофейного быка мы обязательно возьмем.

На следующий день активность оленя, как, впрочем, и рев, прекратилась практически напрочь. И пришлось нам ходить по горам ходовой охотой в надежде, что рев таки начнется и мы сможем увидеть достойного быка на выстре­ле. Но рев и не думал начинаться. Зато на верхах я регуляр­но видел оленьи ванны и свежие затесы на елях и рябинах. Что наводило на грустные мысли о том, что в силу обстоя­тельств организаторы могли ошибиться и упустить время гона и что мы попали лишь на его жалкие ошметки! За четыре дня пеших маршрутов с карабином за плечом я сумел вдоволь налюбоваться удивительно яркой и одно­временно суровой красотой окружающих гор. Насладиться видом множества маралов, которых мы регулярно наблю­дали в оптику на солнцепеках и полянах поросших лесом склонов Джунгарских отрогов. Собственно, мы и проклады­вали маршруты, исходя из увиденного. Но все было тщетно. Марал в руки не шел...

НАМ ПОМОЖЕТ МАСТЕР

На шестой день я попросил Валерия связаться с Или- Алатау и осведомиться у Сергея Ивановича Стребкова, не сможет ли он прийти нам на помощь. Сергей Иванович оперативно побросал вещи в машину и отправился в путь. Уже утром следующего дня мы все вместе в сопровождении уйгуров отправились на охоту.

Житье Иваныча за прошедшие пять лет заметно измени­лось в лучшую сторону, о чем свидетельствовал пикап L-200 и изрядный слой сала на боках. В нацпарке охота вот уже два года закрыта, за волком - все больше на снегоходе. Ме­сяцами приходится хлопотать по хозяйству, поскольку забот с гостями прибавилось. Ну, и застолий соответственно тоже.

Проведя с нами утрянку, Сергей немедленно и в одному ему свойственной, неповторимой манере подверг ненормативной критике тактику, избранную уйгурами. Кроме того, он подтвердил наши худшие опасения, сообщив, что из-за засушливого лета гон нынче у оленей анома­лен, и в  Или-Алатау, где он стартует на неделю раньше, быки начали орать аж третьего сентября. А десятого чиста был пик, и ошалелые маралы забегали в поисках любви на кордон в огород. Внеся нужные коррективы, мы продолжили полевать в горах, максимально исполь­зуя лошадей.

Прошло еще три дня. Мы перепробовали почти все. Детали короткие загоны в местах, где были замечены дневки оленей. Дудели в «пылесос» и стерегли рога­чей напротив солнцепеков. Одним утром мне таки довелось стрелять оленя на небольшом утесе, куда он вынырнул из тумана. Именно туда, куда указал Сергей Иваныч за минуту до выстрела. Еще накануне вечером мы видели его. И рано утром под дождем и по темноте поднялись наверх, на другую сторону склона речной долины. Стрелял я с идеального упора, с 350 метров, но промазал. Вернувшись в лагерь, плюнул на эконо­мию и жег патроны до тех пор, пока не понял, в чем ошибка. Внес поправки и добился уверенного попада­ния в круг диаметром 30 сантиметров на дистанции в 300 метров. После ланча, собрав все необходимое для ночевки в горах, я, Сергей и Хивиз на конях выступили в недолгий поход, чтобы провести предпоследний вечер и последнее утро охоты в маральем цирке, в двух часах хода от лагеря.

Видимо, на тот вечер выпал последний локальный пикгона оленей, благо дождливая погода способствовала этому. Сергей Иваныч вновь виртуозно работал своим нехитрым инструментом, а раздухарившиеся быки вторили ему со всей округи на протяжении двух часов. Правда, на чистое выходили лишь в зоне недосягаемости. Кончилось тем, что уже по темному нам ответил из ближайшей рощицы, которую  несколькими часами ранее мы пересекли конным ходом, олень-старик. Судя по тому, откуда доносился его хрип, он лежал до зари буквально в тридцати метрах от нашей тропы, в елях.

Уже н палатке мы ужинали нехитрой снедью. Выпивали водку и  грели чай. И говорили об охоте и удаче, вспоминая разные  случаи из жизни. Ночь в спальнике пролетела быстро.  Утром маралы молчали. Мы пытались застать хоть одного из тех, кто так бодро отвечал нам накануне вечером, но все было напрасно. Нам откровенно не везло. Мы все время  были чуть-чуть позади. На пару кликов барабана, на дюжину минут и полсотни метров.

До полудня мы биноклевали по склонам. Я, расслабившись, получал эстетическое удовольствие от созерцания гор и много фотографировал. Хивиз с Иванычем осматри­вали поляны. И Хивиз сумел-таки разглядеть объект для проведения операции «Последний шанс». Им оказался бык-одиночка, который под нашим присмотром зашел в ельник уже после восхода. После полудня спустились к  ручью, где нас встретил Аркын. Обсудили план и тактику предстоящего загона, проверили радиостанции и начали быстро подниматься ногами по крутому склону. Надо было спешить. Мы с Иванычем заняли позицию точно напротив ельника, где лежал марал. Я ниже, а он чуть выше, в сотне метров от меня. В ожидании начала загона я промерил все - отравления дальномером, прикинув, как стрелять по ри­скам милдота в случае появления оленя на той или иной дистанции.

Бегущего быка увидел лишь после первого выстрела Иваныча. Был он там, где дальномер показывал 450 метров, и буквально летел по склону. Вынося больше корпуса зверя и целясь по второй точке шкалы, я успел трижды нажать на спуск. Сергей из «Тигра» успел расстрелять всю обойму. Марал сначала слегка замедлил ход, затем пошел вниз по склону. Все стало ясно. Трофей добыт. И тут нам в первый раз повезло. Бык, перевернувшись несколько раз через голову, набрал ход и летел точно на скальный выход, что торчал ниже по склону. Во время одного из кульбитов все двенадцать отростков обоих рогов глубоко воткнулись в землю. Марал остановился. Рога оленя остались целы!

Во время фотосессии он, правда, все равно улетел вниз по склону. Да и из Сереги фотограф вышел неважный. Но все это оказалось несущественным. Трофей добыт! Самый скромный и самый трудовой. И такой же памятный как все предыдущие. На десятый, последний день настоя­щей горной охоты.

Правда, у нас еще оставался вечер... Почему бы не по­пробовать?! Быстро покончив с фотосессией и разделкой трофея, мы спускаемся вниз, к ручью. Там нас ждет Валера с «УАЗом». Пиво мы уже успели выпить. Еще на кровях. Его вместе с фотоаппаратом, оставленным на фарт в кемпе, и водой поднял наверх работяга, егерь Николай. Если па­рень овладеет тонкостями добычи, может стать отличным проводником в здешних местах.

На «УАЗе», груженном тушей, насколько возможно быстро поднимаемся в лагерь. Я успеваю перекинуться парой фраз с Ириной, проглотить тарелку супа и, прихватив «Зауэр» с ночной оптикой, вновь возвращаюсь к Сергею и Хивизу. Мы вновь лезем в гору. Но похоже, наш глоток удачи на этой охоте испит до донышка. Да и себя упрекнуть не в чем.
Утром - долгая дорога в Алма-Ату.

В городе свободно, несмотря на субботу. Народ вовсю празднует Курбан-байрам, и по этому случаю охотничьи магазины, где я хотел пополнить запас патронов, закрыты. В аэропорту мы сердечно прощаемся с Валерием. Но запас маралятины, что взял на борт наш «Боинг», быстро растает. А память о стране, в которой юношей впервые взял в руки ружье, чтобы добыть мясо на стол, останется до конца жизни. Поэтому я буду возвращаться к тебе, Казахстан. Чтобы снова и снова вдыхать воздух юности, пропитанный запахом степной полыни и горной арчи. И слушать песню, которой миллионы лет.  Любовную песнь маралов.

18.03.2016


ГлавнаяМемориалИсторияРыболов-экспертОхотничьи рассказыФотоВидеоКонтакт

Тел./Факс: (495) 420-04-00
Skype: baza_uspeh
Офис в Москве: ул. Профсоюзная, 109